Не спеши, а то замудохаешься, или спецработа по “Союз-ТМ10” (5 фото)

Все знают космодром Байконур. Первый спутник, первый человек стартовали в космос с его стартовых площадок. А потом много разных ракет улетало к звездам и таких пусков за 40 лет было очень много. В шуме космических побед, в блеске Золотых Звезд Героев о людях делающих, испытывающих и запускающих космические корабли говорили просто – промышленники, сотрудники космодрома, специалисты, военные. Их тысячи, десятки тысяч, посвятивших себя делу освоения космоса.

Не спеши, а то замудохаешься, или спецработа по -Союз-ТМ10--5 фото-


Но еще меньше говорили и показывали процесс доставки, сборки, испытаний и заправки космических ракет перед стартом. Мир видел только белоснежную, окутанную паром кислорода ракету, фермы стартового стола и космонавтов в скафандрах, бодро докладывающих председателю госкомиссии о готовности к полету. Даже лицо этого председателя не попадало в камеру (секретно, однако!). И сам старт, 1-2 минуты и всё! А уж о том куда падают отделяемые блоки ступеней ракеты-носителя, головные обтекатели, кто их “ловит”, что с ними делают – об этом не говорили совсем. Как буд-то все сгорало где-то там, наверху, не долетая до земли.
На самом деле отделяемые части ракет-носителей – это большая проблема и связана она со многими сторонами жизни людей, особенно живущих по трассе выведения космического аппарата на орбиту. И есть специалисты, которые занимаются именно тем, что делают все для обеспечения безопасности падения этих частей ракет и их утилизации. Эти люди так же в момент старта находятся на боевых постах. Они так же с волнением ждут успешного запуска и молят Бога о том, чтобы все прошло штатно. С гагаринских времен эту работу делали и делают офицеры и солдаты космических частей, ныне – Космических войск России. О нескольких эпизодах этой работы я и хочу рассказать. А поскольку жизнь, она и в степи на спецработе – жизнь, то ничто человеческое нам не чуждо!

Арбузы.

Не спеши, а то замудохаешься, или спецработа по -Союз-ТМ10--5 фото-

[ Игорь Куликов ]

Я безумно рад! Командир полка включил меня в наземную поисковую группу на пилотируемый запуск. Надоели серые будни, построения, разводы, занятия в полку. Мы выезжаем группой в степь на спецработу. Вообще-то нам предстоит пастухов разогнать из района падения 1-й ступени, рыбки половить, отдохнуть от будней части, и между делом поймать 4 “морковки” от “Союза”ТМ-10. Снять с них золото-серебро, приборы, рвануть пластидом и оттащить на полевой склад. В группе два офицера – я и Саша Цветков, 5 солдат, 2 “Урала”, рация и пистолет Макарова (а как же, секретные карты охранять!). Убыли в район. Посетили на Жездинском водохранилище корейцев-землероек. Бахчи у них отменные были. Любят корейцы в земле ковыряться, не то что казахи…
Захотелось нам арбузов с бахчи. Подъехали, поздоровались, за жизнь поговорили и попросили арбузов. Дали нам парочку, и поехали мы ужинать. Поймали пару сазанов в озере, зажарили, съели, закусили арбузами и отдыхать. Утром арбузиков захотелось снова, так как район от речки далеко и от бахчи тоже, то решили запастись ими побольше. Зная, что просто так корейцы на плантации не дадут больше арбузов, то приготовили “мзду” – 5 банок тушенки, 10 литров солярки (насосы у них на дизелях работали). Подъезжаем на 2-х машинах, бойцы в тентованных кузовах тихо сидят. Вышли, поздоровались и просим опять арбузиков. Корейцы невозмутимо молчат. Умеют же восточные ребята так рожи заморозить, что ничего прочитать на них нельзя. Ну да ладно, показываем тушенку. Их лица светлеют, и нам уже готовы обменять тушенку на арбузы. Когда достается канистра с соляркой – лица корейцев становятся похожи на цветы сакуры (которой в Корее тоже немерянно). Нам показывают, где на бахче можно выбрать самые спелые арбузы, и на вопрос: “Сколько можно взять?” следует обтекаемый восточный ответ – “Сколько унесете!”
Ребята явно погорячились! Они, наверное, забыли, что “восток – дело тонкое”. По команде “К машине!” из “Урала” выскакивают 5 бойцов-разведчиков и, лихо взяв по 3-4 огромных арбуза, быстро исчезают в кузове машины. В этот раз на восточных лицах можно прочесть все! Наша доблестная наземная поисковая группа пыльно уезжает с бахчи с 20 солидными свежайшими арбузами. Ну, а что? Пить в степи при +45 С хочется постоянно, а что как не арбуз хорошо утоляет жажду! Вот теперь можно спокойно выдвигаться в район падения и гонять там чабанов в ожидании пуска. А до старта еще 2 суток.

Затопление “Урала”.

Не спеши, а то замудохаешься, или спецработа по -Союз-ТМ10--5 фото-

[ Обед пойманными сазанами на берегу Жездинского водохранилища. Игорь Куликов крайний слева, рядом с ним – рядовой Кузнецов (Кузя-водитель). ]

На ночевку останавливаемся на берегу водохранилища. Небольшой мысок с горушкой. Вода теплая, купаемся. Бойцы устроили постирушку одежды. Арбузы лежат в полоске прибоя, омываются волнами и охлаждаются не хуже чем в холодильнике “ЗИЛ”. Водитель “командирского” “Урала”, Кузнецов, по кличке Кузя, решил, как говорят в армии, рубануться. Помыть машину. Спросил разрешения, отъехал на пологий берег в метрах 700 от лагеря и, встав колесами в воду, стал намывать нашего работягу. Час моет, два моет…
Смотрим – копошится Кузя возле автомобиля, ну, думаем, намывает до блеска. Часа через 2,5 Саня пошел посмотреть на результат помывки. Минут через 15, гляжу – идут обратно, “Урал” на месте. Странно как-то идут… Кузя впереди, а сзади Сашка, что-то кричит, машет руками. Подходят ближе. Слышны страшные слова русского “командирского” языка – матюки на всю степь и подзатыльники Кузе. Подходят, и Сашка рассказывает. Этот лентяй, шланг, гад……., загнал машину в воду, чтобы легче мыть. А берег илистый, и через 15 минут машину засосало в ил по самые мосты. Завтра старт, а мы в 80 км от района, и машина утоплена! Что делать? Пошли к ближайшей степной дороге, авось повезет и что-нибудь перехватим, чтобы выдернуть “Урал”. Кузя весь в грязи, перепуганный…
Остановили трактор “Беларусь”. За трос подцепили “утопленника”, и…трактор гребет колесами на месте, трос трещит, а “Урал” даже не качается! Через час перехватили гусеничный трактор. Подцепили второй трос и двумя тракторами еле-еле выволокли машину на твердый берег. После ила вид у неё был… лучше бы не мыли. Кузя приободрился и, сев в кабину, поехал в лагерь. Поблагодарив трактористов сигаретами, мы вернулись в лагерь. Подвели итоги. Первое: рядовой Кузнецов (он же Кузя) дневальный по лагерю на всю ночь (надо сказать, что это – жестоко. По нашим правилам, водители в ночь перед стартом спали от отбоя до подъема). Второе: “Урал” поставлен на горушку, и задача Кузи, таская воду ведром, отмыть его от дерьма, в которое он засадил машину. Третье: Делать это он должен тихо, в полной темноте, дабы не мешать спать господам офицерам и не демаскировать лагерь.
Надо сказать, что Кузнецов был отличным солдатом, сильно переживал случившееся и сделал все хорошо и быстро. В 3 часа ночи мы его заменили другим дневальным и уложили спать, чтобы часика 4 он все же поспал. (Эх! Есть ли теперь в российской армии такие солдаты?) Утром, свернув лагерь, группа выдвинулась в район падения первой ступени. Местные чабаны – удивительные люди! Древнейший образ жизни соседствует с отголосками самых современных технологий человечества – освоением космоса. Говоришь чабану: “Отец, двигай отсюда, ракета падать будет, пришибет.” А седой аксакал на ишаке отвечает: “Командыр! Ракэта нэ страшно…трава зеленый, баран кушайт хорошо, жирный будэт! Я знаю, куда ракэта упадет”. Вот и гонишь его подальше, но если из района совсем не уходит – берем расписку, что оповещен, родимый, и за его баранов мы не отвечаем. А некоторые старались стадо в район загнать и, если что, под это дело списать несколько баранов.
Когда собирали головные обтекатели, то колхозники жаловались, что “мусора” много в степи, скот пасти негде… А в одном овраге из половинки обтекателя станции “Салют” чабаны построили овчарню. И огромный обтекатель служил отличной крышей. Когда мы его стали забирать, весь колхоз упрашивал оставить его, не ломать овчарню. Оставили. После этого жалобы на загрязненную степь прекратились и нас всегда встречали в степи шурпой или бешбармаком.

“Иван Иваныч” и канистра спирта.

Не спеши, а то замудохаешься, или спецработа по -Союз-ТМ10--5 фото-

В годы службы на 7 ИПе (измерительном пункте, или официально 107 Отдельная Испытательная Станция) космодрома Байконур в г.Жезказган (раньше он назывался Джезгазган, но самостийность казахов свергла букву “Д”, тем самым дав понять, кто здесь хозяин) я, как многие офицеры измерительных отделов, ездил начальником наземных поисковых групп по обеспечению безопасности пусков с космодрома Байконур, поиску и эвакуации отделяемых (и естественно, падающих) частей ракет-носителей. В наших районах падения (боевых полях! Во как!) падали первые ступени “Союзов”, “Протонов” и т.д. , а также их головные обтекатели. При запусках пилотируемых аппаратов в степи появлялись лихие ребята из поисково-спасательной службы (ПСС) ВВС. Эта легендарная служба была создана, когда наша страна стала запускать космические аппараты. У её рождения стоял Н.П.Каманин, один из первых Героев Советского Союза, первый руководитель отряда космонавтов. Ребята из ПСС готовились эвакуировать космонавтов, космические аппараты из любой точки страны и даже за её пределами. Так что с подготовкой у них все было хорошо. На вездеходах ПЭМ (поисково-эвакуационных машинах), самолетах и вертолетах поисковики разлетались вдоль трассы выведения космического аппарата или по трассе спуска спускаемых аппаратов. Машины-ПЭМки были оборудованы всякими прибамбасами, типа спутниковая связь, радиопеленгаторы и еще черт знает чем.
Когда я с ними познакомился, мне провели небольшую экскурсию по машине и меня удивило то, что так много разного оборудования запихнули в такие небольшие автомобили. Мне сразу предложили позвонить из степи домой в Ленинград по спутниковому телефону. Тогда это было что-то необычное. Ребята были лихие и отдыхали они лихо, сурово, по-военному. То есть в свободное от поиска космонавтов время расслаблялись крепкими напитками на природе. Нет, ну а что делать двое суток в глухой степи в ожидании старта или посадки? Да если еще и очень холодно! А потому и запасы спиртного были в чистом виде – спирт или “шило”, как его называли. Следует отметить, что дело они свое знали отлично – как-никак в их руках судьба и жизнь космических экипажей, и можно рассказать много историй, где эти ребята проявляли героизм и спасали жизнь космонавтам, при этом рискуя собственной жизнью. И это было не пьянство. Это было снятие стресса, сугрев – что угодно, только не пьянство.
Мы часто на работах встречались с поисковиками, так как работали в одних районах по тем же изделиям, только задачи у нас были разными.

Не спеши, а то замудохаешься, или спецработа по -Союз-ТМ10--5 фото-

[ “Иван Иваныч” после падения. ]

Прошли первые пуски “Энергии” и “Бурана”, готовился полет пилотируемого “Бурана” и шла отработка системы аварийного спасения экипажа многоразового корабля. Манекен человека в скафандре катапультировался на большой высоте и большой скорости. Его надо было найти в степи, и специалисты изучали вопрос – как успешно прошли катапультирование и спуск манекена на землю.
В очередной раз наша группа, работающая по поиску обтекателя корабля “Прогресс”, вышла в степь. Не помню точно какой был месяц, но было холодно, лежал снег и дул очень сильный ветер. На обтекателе “Прогресса” в этот раз стояла САС (система аварийного спасения), как на “Союзе”, только доработанная под катапультирование манекена. Скафандр манекена (манекен, как всегда, звался Иван Иваныч) был весь размечен полосками из термокраски, по изменению цвета которой специалисты определяли воздействие высоких температур на космонавта. Космонавт в случае аварии, как с “Челленджером”, должен был сигануть из “Бурана” на высоте 40-60 км (может и вру, но где-то так, очень высоко). Надо сказать, что первые манекены прилично обгорали. Что-то там не получалось.
Так вот, в районе падения встречаем ребят из ПСС, которые должны найти манекен и сделать с ним все, что положено. Мы то обтекатель нашли, а они манекен – нет. Нет сигнала с радиомаяка и все тут! Посидели, поговорили, выпили, поскольку было холодно, и поисковики попросили помочь в поисках Иван Иваныча. Конечно, встал вопрос расплаты, если наша группа найдет его первой. Ребята задумались, послушали вой ветра, окинули взглядом заснеженную степь, и командир так задумчиво говорит: “Канистра “шила” годится?” Это добро у нас, конечно же, тоже водилось, но 20 литров спирта никогда лишними не бывают. На том и порешили. Нам все равно по степи колесить, да и интересно посмотреть на это чудо спасательной техники будущего. Дух соревнования нас захлестнул. Уж очень хотелось опередить таких крутых специалистов с их чудо-техникой! Зная район падения обтекателя, азимут стрельбы и учитывая сильный ветер, решили пойти по азимуту галсами и подальше от района падения в сторону, куда дул ветер. Долго шарили по степи наши машины, осматривали каждую лощинку, каждую сопку. Все слилось в одну череду сопок и все они были похожи друг на друга. Изредка глаз цеплялся за необычный изгиб, большой камень или излучину степной пересохшей речки.
Наконец километрах в 50 от планируемого района падения, в низкой лощине между сопок, боец-разведчик заметил оранжевое пятно. Подъехав, мы увидели парашют, кресло, лежащее на боку, и в нем благополучно балдел Иван Иваныч, которому мороз и ветер были по-барабану. Радиомаяк, видимо, работал, но сигнал из глубокой лощины на пеленгаторы ПЭМок не попадал. Почему его не слышали с самолетов – не знаю, возможно, в такую погоду их не было в воздухе. Поскольку трогать ничего было нельзя до приезда специалистов, то мы сфотографировали Иван Иваныча для себя, сообщили координаты поисковикам и стали дожидаться их, не забыв при этом “обмыть” находку и согреться. Вскоре прибыла ПЭМка. Ребята были в хорошем настроении, так как впереди их ждал путь домой, а не скитания по степям. Иван Иваныч перешел в руки специалистов, а нам была торжественно вручена канистра спирта. Причем спирт был отдан вместе с канистрой! Конечно, не обошлось и без совместного “обмыва” удачной находки. Да и первый осмотр манекена показал, что в этот раз Иван Иванычу повезло больше, чем в предыдущие катапультирования – ничего не обгорело. Выпили и за это. Холодно было, однако.
Все группы домой прибыли нормально, успешно выполнив свои задачи. И потом мы, встречаясь в степи с ПССниками, сидя у костра за стаканчиком того самого “шила”, вспоминали тот сильный ветер, скитания по степи, манекен в кресле и канистру спирта.

Опубликовать в Фейсбук  Опубликовать в Google plus  Опубликовать в Вконтакте  Добавить в Twitter  Поделиться в Одноклассниках 
Загрузка...

Добавить комментарий

logo
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Генерация пароля