МЕДИК ЗЛОЙ, ПОСТРАДАТЫЙ И В ЭПИЦЕНТРЕ ХОРРОРА

МЕДИК ЗЛОЙ, ПОСТРАДАТЫЙ И В ЭПИЦЕНТРЕ ХОРРОРА

Вот она, долгожданная выслуга. За двадцатилетний с лишком труд в отделении анестезиологии-реаниматологии, на полторы ставки, медицинская сестра-анестезист высшей категории заработала аж 7800 рублей пенсии.
Наконец-то можно все бросить и уйти. Не будет больше бессонных ночей в переполненной палате, эмоциональных срывов, сумасшедшего графика, бесконечных придирок начальства, неинформативных учеб, бесконечных зачетов и экзаменов, поборов для ассоциаций, наглых и неблагодарных пациентов и их больных родственников. Все, ухожу в домоправительницы, буду хранительницей домашнего очага, семье булки с маком стряпать.

НО, червячок сомнения все-таки гложет. А как же я без работы? Сижу, просматриваю вакансии администратора. Все не устраивает, а внутренний голос нашептывает, что нет ничего лучше экстренной операционной.
Ведь работа-то не смотря ни на что, осталась любимой. Просто условия созданы невыносимые. А вдруг: к нам придут новые кадры и график наладится, начальник-маразматик уйдет-таки на пенсию, оснащение отделения будет соответствовать стандартам, а профессия медработник станет уважаемой и высокооплачиваемой. С аккредитацией, правда, беда, но с ней еще не все ясно. Вдруг, вдруг все это случится в скором будущем?

Муж пальцем крутит у виска и говорит: «Сиди дома, с голоду не подохнем. Ты за эти 4 дня стала счастливым человеком». А я, как крепостной крестьянин после реформы 1861 года свободу получила, а что с ней делать, еще не поняла.

****
Пожилой мужчина, 74 года. Упал, потерял сознание, пришел в себя, но сам подняться уже не смог: ноги отказали, рука не двигается, один глаз смотрит куда-то в сторону. Предварительный диагноз – острое нарушение мозгового кровообращения (ОНМК/инсульт).

Прилетаем на вызов минут за 15 с учетом пробок. По словам невестки, она нашла свекра в 7 утра у туалета. Как долго он пролежал на полу, никто не знает. Но к моменту нашего приезда на часах уже 13:45! Естественно, недоумеваем, почему нас вызвали только через шесть часов.

У дедушки кровь на ушах, кровоподтеки на шее, в крови руки, на некоторых пальцах посиневшие ногти. Недоумение наше растёт.
Сын больного признаётся, что не вызывали скорую, так как сами хотели справиться.

– Вы медики? – спрашиваю.

– Нет! Но у жены мама от инсульта умерла, потому что врачи все неправильно сделали!

Итак, картина не маслом и даже не мёдом. Картина иглами: вместо того, чтобы снижать давление, «просвещённые» сын и невестка, шесть часов подряд пытались «вылечить инсульт» у старика по методу некоего китайского профессора.

– Мы все делали как написано, – возмущается невестка. – И кровопускание делали, и иглу зажигалкой прокалили, чтобы обеззаразить. Надо было ему каждый палец проколоть ближе к ногтю, кровь пустить, но он дергался, поэтому мы пару раз под ноготь попали. Потом перекололи рядышком.

– А на ушах кровь почему? – не выдерживает мой фельдшер.

– Ну как же! У него рот искривлен, чтобы рот встал на место, надо было за уши потянуть до красноты. Ну, ухо немного порвалось! – рассказывает сын, который видимо и возвращал рот родного отца на место.

В общем, только после неумелых манипуляций и попыток «вернуть рот в нормальное положение», эти гуманисты вызвали скорую.
Против госпитализации горе-спасатели возражать не стали. Но в больницу никто из них сопровождающим даже не поехал.

Через несколько дней я специально поинтересовалась в больнице судьбой дедули, так как случай из головы не выходил. Худшие опасения сбылись: дедушка скончался. Произошло это на вторые сутки госпитализации. Врач неврологического отделения сказал: «Если бы раньше «скорую» вызвали – выжил бы стопроцентно. Еще бы и бегал».

По поводу того обращался ли кто-нибудь в полицию – не известно.

****
Женщина, 55 лет.температура 38.0, понос, рвота, слабость, головокружение.
В квартире муж и жена.
Пациентка – тетушка под центнер весом, больна в течение 8 часов. За это время рвота 10 раз, жидкий стул 8 раз. Попытки пить вызывают тошноту и рвоту. Лекарства принять, соответственно, не может. Самочувствие не улучшается, в связи с чем и вызвала скорую помощь.

Из анамнеза: накануне вечером была на юбилее у подруги, в ресторане.
Собираем пищевой анамнез (что ела).
– Перечислите продукты, которые вы ели
– Ну я не так много и съела, всего по чуть-чуть.
В дверях появляется муж.
– Давай, давай, расскажи чего и сколько ты СЪЕЛА!
– Нууу…, когда мы пришли, нам подали закуски. Колбаска была очень вкусная, нескольких видов. Я все попробовала – с гордостью сказано. – Ну и рыбки там, всякой, тоже поела. Еще суши там были. Попробовала. Потом салаты: крабовый, столичный, венигрет, мимозу. Да всего и не упомнишь.. Потом горячее принесли-свинину запеченную по-французски. Я почти все съела. А, еще про жульен забыла! Очень вкусный у них жульен. Вино пила. Красное, белое. водку не пила – не люблю!

– Это все?
– Вроде все…
Слышу покашливание за спиной, поворачиваюсь и наблюдаю мужа пациентки, медленно покрывающегося багровыми пятнами. И тут “Остапа понесло”..
– Все говоришь?! Больше ничего не ела? Доктор, не верьте ей! Она не просто ела. Она жрала! Жрала, как голодная саранча, дорвавшаяся до пшеничного поля. Мне так стыдно никогда не было. Я пытался ее остановить, ведь у Маши (так жену зовут) холецистит хронический (без камней), да и с печенью не все в порядке. Да она меня не слушала. Ела, как не в себя. Насилу увел. Так она, одеваясь, вдруг вспомнила, что торт не попробовала. И что вы думаете? Вернулась и съела два куска торта с кремом. Ну а ночью ей стало плохо. Ведь так, Маша?

– Угуууу…..
– Ну, что я могу сказать… Надо госпитализировать.
– А я так и знал. Вот, уже и вещи заранее собрал. Маш, только ты посмотри, ничего я не забыл? А то я к тебе не приеду. Даже не проси! И забудь слово “продукты”!
– А дома никак нельзя полечиться?
Я и муж хором: НЕТ!!!
Пациентка была госпитализирована в инфекционное отделение с диагнозом: ПТИ, Хр. некалькулезный холецистит, обострение. Синдром интоксикации.
Уже в приемном покое врач, прочитав пищевой анамнез, сказал, что это не анамнез, а меню.

****

Травмпункт. Кабинет повторного приёма. Всё одно и то же. Обычная рутина: «луч» в типичном, вывих плеча, ушиб, растяжение, снова – «луч»… И вдруг, словно солнышко ясное среди серости низменной: личико кукольное, глаза в пол-лица сине-бездонные, локоны светлые, позвоночник ушибленный. В смысле: ушиб мягких тканей грудного отдела позвоночника. Двадцать лет. Учащаяся колледжа. Травма семь дней назад.

И вот, из уст сахарных – слова скабрёзные с похабным выхлопом продуманности:
– Я застрахована, мне нужно двадцать два дня проболеть для страховки.
Слегка офигел. Пришлось девицу красную «понагибать». То есть, буквально – понагибать. Наклоны, вращения, осевая нагрузка – безболезненны, в полном объёме, рентген – без патологии.

Выдана справка – освобождение от занятий физвоспитанием на недельку. Пожелал всего хорошего. Вышла в коридор и понеслось:
– Да я ТАКОГО отношения к больным ещё нигде не видела! Да что это такое! Да у меня всё болит, ничего не помогает! Лечить не умеют!
Встал со стула нагретого, вышел в коридор неотапливаемый. Нарочито громко предложил красавице ОБЭП, пощады не знающий, вызвать.
Вы видели, как бегает раненая в задницу газель? Я тоже не видел, потому, что очень быстро бегает – уследить невозможно.

Опубликовать в Фейсбук  Опубликовать в Google plus  Опубликовать в Вконтакте  Добавить в Twitter  Поделиться в Одноклассниках 
Загрузка...

Добавить комментарий

logo
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Генерация пароля