Инициатива наказуема (Байки скорой помощи)

Сутки накануне были тяжелые, вот и получилось, что под монотонное жужжание сокурсников, разбирающих ответы на билеты, я позорно заснула. Приученная на лекциях дремать с задумчивым выражением лица и полузакрытыми глазами, я умудрилась и на берегу срубиться с таким же сосредоточенным видом. Никто из девчонок так и не заметил, что я сплю, а не усердно скрежещу мозгами.
Через пару часов, не добившись от меня ни одного вразумительного ответа, Ирка растолкала меня. И всё бы ничего, но я, валяясь бревном, успела сгореть под ярким солнцем, причем, сгореть выборочно. Вот уже два дня невозможно было прикоснуться к плечам, лопаткам и самой выступающей точке тела, а вот руки и ноги не пострадали. Наверное потому, что всё, что не было скрыто халатом уже успело загореть до состояния негра средней подкопчености. Попробуйте с такими интересными ожогами спокойно сидеть на деревянной скамейке.

Вчера я благополучно отлежалась дома в холодной ванне после экзамена, а сегодня пришлось выйти на сутки. Валяться на топчане я могла только на животе, и это мне быстро надоело, даже в потолок не плюнешь. На кухне царила невыносимая жара, вот и пряталась я от солнца в тени разросшейся сирени. Легкий ветерок задувал со стороны реки, принося иллюзию прохлады. Здесь и отыскал меня доктор Витя.

Инициатива наказуема (Байки скорой помощи)


Сначала он упорно зазывал меня к столу погонять шарик, но я отказалась под благовидным предлогом лениво Сначала он упорно зазывал меня к столу погонять шарик, но я отказалась под благовидным предлогом ленивости. Выйти на открытое пространство я не рисковала – как только солнечные лучи попадали на халат, начинало нестерпимо печь все сгоревшие части тела. Даже короткие перебежки до машины и обратно давались дорогой ценой. Хорошо, что сегодня ни с кем не пришлось возиться на пляже или трассе, иначе бы я взвыла. Меня и так уже начало потряхивать и лихорадить.

Вот потому и ерзала я на скамейке, пытаясь с наибольшим комфортом устроить свою обгоревшую пятую точку.

— Ты что, головой совсем не думаешь? – ругал меня доктор Витя.

— Обижаешь, начальник. И вообще, чего ты кричишь? Всё же нормально, обошлось тремя швами, – удивилась я.

— Соображать нужно головой. Головой, слышишь, а не другим местом!

— Вить, я ведь и обидеться могу, — предупредила я врача. – Хватит меня оскорблять! Я что, ждать должна была, пока ты махач в машине начнешь? Я, знаешь ли, не люблю драки.

— Какова нахалка! – чуть не задохнулся от возмущения мой врач. – Нет, тебя не оскорблять, тебя пороть нужно! Как сидорову козу, — бухтел он. – Пора заняться твоим воспитанием!

— Займись, — улыбнулась я.

— О, Витька, а ты чего лютуешь? – поинтересовался Юрка, заглядывая к нам в заросли.

— Воспитываю, — пояснил доктор Витя.

— Интересно, — расплылся в улыбке Юрка. – Это теперь так называется? А в наше время…

— Засохни, — попросил его доктор Витя. – Не нарушай процесс. И вообще, топай, не мешайся.

Я забралась на лавочку с ногами и пыталась угнездиться хоть немного поудобней.

— Вот, Рыжая, а я тебя предупреждал, что он зануда, — хмыкнул Юрка. – Переходи ко мне, я воспитывать не буду, — плюхнулся он на лавочку рядом со мной. – Хочешь, на руках носить буду…

— Иди, иди, без тебя разберемся, — нахмурился Витя. – Ишь, чего захотел!

— Нет, Юрка, у тебя скучно, одни давления и температуры, — покачала я головой. – А на руках я не люблю, я высоты боюсь.

Я, как обычно, отрывалась с Юркой. Что-то сегодня доктор Витя был не в духе и бухтел целый день. Это даже раздражать начало, а вот разминка с Юркой была как нельзя кстати. Вовремя он появился, иначе бы мы перессорились всерьез.

— Какая испорченная девчонка, — продолжал прикалываться Юрка. – Тебе трупы кровавые подавай? А трепещущее в руках сердце снится?

— Ага, — подтвердила я. – И чтобы прямой массаж, и чтобы оно трепыхнулось в руках и завелось, — размечталась я. – Хочу!

— Люблю девиц с такой буйной фантазией. А кусаться и царапаться будешь? — Юрка ловко увернулся от подзатыльника, которым пытался наградить его Витя за моей спиной и рассмеялся.

— Мазохист? – поинтересовался Витя. – Сейчас быстро лишнее удалю.

— Меня такая перспектива не вдохновляет, — поморщился Юрка. — Кстати, Витька, напомни мне, потом расскажу одну занимательную историю про трепещущее сердце, — подмигнул он доктору.

— Я тебе сказал, иди отсюда, — пояснил Витя. – Юрка, не нарывайся.

— Ох, Рыжая, и что я в тебя такой влюбленный? А? – подвинулся ко мне ближе Юрка. – Так бы и съел! Прямо у-ух! – он схватил меня за плечи и попытался прижать к себе.

— У-у-у! – взвыла я и вскочила с лавочки. – Садист!

Из глаз у меня покатились слезы.

— Малыш, что случилось? – подскочил как ужаленный доктор Витя. – Что ты сделал, придурок?! – рыкнул он на Юрку.

— Ничего, ты же видел, — растерялся Юрка.

Я только мотала головой и шипела, как рассерженная кошка.

— Малыш, где больно? Покажи, — теребил меня доктор Витя.

— Да я же ничего, — оправдывался Юрка. – Я же нежно…

— Руки оторву за такие нежности, — пообещал Витя. – Малыш, что случилось? Что?

— Я сама дура, — немного успокоившись, пояснила я. – Сгорела я, Вить, а Юрка не виноват.

— Как сгорела? – опешил Витя.

— На пляже заснула, — вздохнула я, признаваясь.

— Дурилка! Нет, это же надо придумать такое! — обратился он к Юрке. – Вот, Юрка, видишь, ума нет – считай калека. Я ей об этом постоянно говорю.

— А ты не ори, — сказал Юрка. – Танюха, ты извини, я же не знал, — извинялся он. – Давай лучше я тебя полечу.

— Вали отсюда! – сказал ему мой доктор. – А ты снимай халат, — потребовал доктор Витя.

— Нет! – я вцепилась в шкурку, как в родную, и отбивалась от рук, пытающихся расстегнуть халат.

— Да ты что, совсем сдурела? – обиженно спросил Витя. – Мы тебя что, насилуем?

— Отстаньте, грязные домогатели! Под халатом только я, — пояснила я врачам.

— Совсем… только ты? – опешил Юрка.

— Почти, — поделилась я подробностями.

— Да-а, дела, — крякнул Юрка, переглянувшись с Витей. – Тогда пошли в смотровой.

— Ещё чего? – возмутился доктор Витя. – Грязь собирать? Кого там только не смотрим!

— Ну, в салон, тогда, — подумав, предложил Юрка.

— Да оставьте вы меня в покое, — попросила я. – Само пройдет.

— Иди в салон, я сейчас поднимусь, — Витя развернул меня в сторону подстанции.

— Помочь? – тут же предложил Юрка.

— Сам справлюсь, — хмыкнул Витя, отправляясь в сторону аптеки. – Быстро в салон, — рыкнул он на меня. – Я не собираюсь за тобой бегать.

— Справишься? – усмехнулся Юрка. – А чего у вас сегодня случилось-то? – поинтересовался он, вышагивая рядом с молчащим другом. – Из-за чего ругаешься?

— Безумная девица, — пояснил доктор Витя. – Нас сегодня вызвали на драку.

— Можно подумать, первый раз, — хмыкнул Юрка. – Тебе пора уже зарплату в ментовке получать. А чего на девчонку орать?

— Чумовая, — буркнул Витя. – Мы пострадавшего в машину загрузили, ему приятель по голове табуреткой съездил.

— И чего?

Они зашли в помещение аптеки, доктор Витя вытащил из шкафа бутылку со светло-коричневой жидкостью, засунул в карман шприцы и несколько ампул. Марковна ещё подумала, не возмутиться ли таким самоуправством, но ей стало лениво подниматься, поэтому она удобнее устроилась в кресле у открытого окна и снова закрыла глаза.

— Чего-чего, — усмехнулся доктор Витя. – А он у нас в машине в себя пришел. Ну, и как обычно после чеэмки, начал бузить, в пространстве не ориентируется…

— Ты его хоть к носилкам-то пристегнул? – поинтересовался Юрка.

— Да в том и дело, что нет, — вздохнул Витя. – Понадеялся, что обойдется, мужик в глубоком нокауте был. А тот быстренько взял и всплыл.

— И чего? Дать в лоб и все дела, — пожал плечами Юрка.

— Не успел, она раньше подсуетилась, — поморщился Витя. – Ты знаешь, как я за неё испугался, когда этот заморыш начал кулаками размахивать? Гм-гм… Наивный, не за того беспокоился, — продолжал он рассказ, всё больше хмурясь.

— Что, ещё раз табуреткой пациента приложила? – развеселился Юрка, поднимаясь с другом по лестнице. – Рыжик может.

— Если бы, — махнул рукой Витя. – Он только с носилок подниматься начал, тут она ему навстречу ящик шкафа и выдвинула. А он в этот ящик лбом со всего маху приложился, — не выдержав, доктор усмехнулся.

— Гы-гы-гы, — хохотал на всю подстанцию Юрка, представив картину в лицах. – Нормально! И что ты на неё вечно орешь?

— Ничего, — буркнул доктор Витя. – Сам бы справился.

— А, ну понятно, задето мужское самолюбие, — не унимался Юрка. – Ну признайся, Витька, ты же у нас рыцарь и тебе хочется перед ней хвост… — и он осекся под взглядом друга.

— И что дальше? – серьезно взглянул на него Витя и толкнул дверь женского салона.

* * *

— Третья бригада, на вызов! – гаркнул матюгальник. – Первая бригада, поторопитесь! Первая, третья, срочно поехали! – надрывалась Оксана.

Мы с Иркой переглянулись и помчались вниз. Нам редко приходилось работать в тандеме, чаще всего наша бригада выезжала со спецами или хирургией.

— Возьми дополнительные желудочные зонды, системы и побольше флаконов с глюкозой и трисолью, — буркнул мне Витя, оторвавшись от разговора с Оксаной. – Ты тоже, — сказал он Ирке.

— Яволь, мон женераль, — Ирка дурашливо отдала ему честь, а потом за его спиной скорчила морду и показала язык. – Зануда, — шепнула она одними губами.

— Не дурачься, — не поворачиваясь, попросил доктор.

— Танька, я бы на твоем месте повесилась, — шепнула мне Ирка, заходя в аптеку. – Как можно сутками общаться с таким самовлюбленной занудой?

— Ир, — прервала я её. – Набирай по десятку флаконов, а я всё остальное.

Я полезла в отделение с резиной. Набила пакет желудочными зондами и системами, пока Ирка гремела флаконами, укладывая их в свой пакет. Потом открыла отделение с таблетками и выгребла полкоробки активированного угля.

— Вы что это тут командуете? – возмутилась Марковна, встрепенувшись. – Кто разрешал?

— Пищевое отравление в лагере, — ответила я и засунула в свой пакет несколько флаконов с растворами. – Отдыхайте, Елена Марковна.

— А-а, — успокоилась Марковна и снова закрыла глаза. – Потом рецепты не забудь выписать, — пробормотала она.

— Выпишу, — пообещала я.

— Откуда ты знаешь? – удивилась Ирка.

— Что знаю? – переспросила я, торопясь к машине.

— Про отравление, — пояснила Ирка. – Витька сказал про лагерь?

— Ну, Ириш, это просто, — на ходу объясняла я. – Нужны зонды и капельницы, значит, едем на отравление. Посылают сразу две бригады, значит, массово траванулись. А где летом травятся? Чаще всего, дети в лагере.

— Держитесь за нами! – крикнул Витя Юрке, забираясь в машину.

Юрка кивнул и махнул Ирке, подгоняя её. Как только все устроились в машинах, моментально вылетели из двора, распугав основное движение ревом двух сирен.

Сашка прокладывал путь, распугивая зазевавшихся водителей, Толик, водитель первой бригады, следовал за нами как привязанный.

— Что за пожар? – поинтересовался Сашка.

— Отравление, — пояснил доктор Витя.

— Понятно, — кивнул Сашка, взглянув в карту. – Дети, они такие, нажрутся какой-нибудь зелепухи с кустов, а потом с горшка не слезают.

— Нет, Сань, у нас рвота, — покачал головой Витя. – Это в пищеблоке прохлопали ушами.

— И много их? – не унимался Сашка.

— Пока вызывают к пятерым, когда доедем, будет раза в два больше. Думаю, до вечера несколько раз смотаться придется.

— А где я тебе бензина наберусь? – возмутился Сашка. – С утра выдали талон на двадцать литров. Как хочешь, так и крутись.

— Пополняться приедем, тогда возьмем ещё талон, — пояснил Витя.

— А кто его даст? У нас что, аттракцион «невиданная щедрость»? – бурчал Сашка.

— Сань, заканчивай гундеть, — попросил доктор. – Я сказал будет бензин, значит, будет.

— Ну ладно, а чего с нами первую-то отправили? Они бы ещё Леночку сунули, — нашел новую причину для недовольства Сашка.

— Это я попросил, — ответил Витя. – Ещё вопросы есть?

— Есть, — кивнул Сашка. – Вы что, снова поцапались?

— А тебе какое дело? – огрызнулся доктор Витя.

— Интересно. Народ тоже волнуется, — хмыкнул Сашка. – Делают ставки…

— Вам что, больше заняться нечем, как следить за нашими ссорами? – возмутился доктор Витя.

— А чем ещё? – искренне удивился Сашка. – В последнее время только и развлечений, что первая да третья бригады.

— Что? – опешил Витя.

*****
— Не, ну с первой уже все понятно, — покосившись на врача, хитро ухмыльнулся Сашка.

— Что понятно?

— Всё понятно. Ирка Юрку выдрессировала, — вполглаза следя за дорогой, Сашка наслаждался удивлением Вити. – Шаг влево, шаг вправо – попытка к бегству, прыжок на месте – провокация. Юрка на коротком поводке ходит и даже не пытается брыкаться.

— Ты что, сдурел? – возмутился Витя. – Малыш, что он такое несет?

— Сань, шути осторожней, — я показала водителю кулак. – А то у нас Витьку родимчик хватит.

— Ты хочешь сказать, что Ирка с… Юркой? – изумился Витя. – Это правда?!

— Ты о чем? – сделала я удивленное лицо. – Не видишь что ли, Сашка прикалывается.

— Дурочку из себя не строй! Что у них с Юркой?

— Работают они на одной бригаде, если забыл, то на первой, — напомнила я.

— Они что, того… спят?! – взорвался доктор Витя.

— Подозреваю, что всё же спят, как без сна? А если тебе хочется подробностей интима, то спроси у друга или племянницы, — фыркнула я.

— Она же твоя подруга, — напомнил Витя.

— Подруга, — согласилась я. – Но мы с ней такие вещи не обсуждаем. А болтают про всех и много чего. Тебе все сплетни нужны?

— Нужны!

— Хорошо. Тогда держись крепче, ты в курсе, что мы любовники?

— Кто?– опешил Витя. – Мы? А-а-а… давно?

— Подробности я ещё не выясняла, но говорят, что последние пару месяцев, — усмехнулась я.

— Рыжик, пожалей Тигра, — хохотал наш Сашка. – Смотри как ему взбледнулось!

— Так, а почему я не заметил? — совсем растерялся Витя.

— Наверное, ты спал в это время, — хмыкнула я. — Саня, ты подробностей про нас не слышал? – спросила я. – Что там у нас с Виктором Семёнычем?

— Как не слышать, если об этом вся подстанция гудит, — усмехнулся Сашка. – Рассказать?

— Ну, знаешь! – возмутился доктор Витя. – Да вы что, сдурели совсем?!

— Ну вот, ты ещё хочешь, чтобы я тебе подробности про Юрку с Иркой рассказала? – поинтересовалась я. – Сань, поделись? Жуть как интересно.

— Всё без утайки, — кивнул Сашка и подмигнул. – Сейчас рассказывать? Или за бутылочкой пивка?

— Прекратите! – мне показалось, что доктор немного смущен. – Откуда эти слухи берутся?

— Студенты пришли на практику, — пояснила я.

— А причем здесь студенты? – удивился Витя.

— Им очень хочется быть взрослыми.

— Это точно, они же видят, что вы на работу вместе приходите, с работы уходите, по городу постоянно вместе болтаетесь… Говорят, ты с ней даже за одной партой сидишь? – с усмешкой спросил Сашка.

— Было-то всего пару раз, — буркнул доктор. – Эта зараза хотела прогулять, вот и пришлось за руку отводить и там следить, чтобы не сбежала, — пояснил он Сашке.

— Ой, не могу! — хохотал Сашка, сворачивая в ворота лагеря. – А что ты хочешь после этого? Всё, Витька, хочешь – не хочешь, а придется тебе девицу соблазнять…

Сашка, получив сразу два подзатыльника, от меня и от доктора, развеселился ещё больше.

— Заткнись, Сань, дурью не майся, — попросил доктор. – Нам сейчас работать.

— Я и здесь молчать не буду! – хохотал Сашка и уворачивался от подзатыльников. – Тигр шлангует, к девчонке не домогается!

— Вот придурок, — усмехнулся доктор Витя и повернулся ко мне. – Не обращай внимания, Малыш, дядя Саша шутит.

— А жаль, — усмехнулась я, а потом не удержалась и расхохоталась, глядя на растерянного Витю.

— Что-то душно сегодня, — пожаловался доктор. – Да-а, с вами не соскучишься!

Сашка, затормозив около домика, на котором был нарисован красный крест в белом круге, и висела надпись «Медпункт», вывалился из кабины.

— Вот чертова кукла! – хохотал он.

— Чего ржете? – поинтересовался Юрка, вылезая из машины.

— Да вот, спорим с Витькой, как давно вы любовники, — пояснила я, покосившись на своего доктора.

— Кто? – опешил Юрка и удивленно уставился на меня, потом перевел взгляд на Витю. – Рыжик, э-э-э… я девочек люблю, меня мужики не возбуждают.

— Вот так и рождаются нездоровые сенсации, — фыркнула я. — Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу.

— Ю-юрик! – насмешливо протянула Ирка. – Какие интересные подро-обности.

— Дурдом на колесах! – доктор Витя пытался сохранить на лице серьезное выражение, но это плохо получалось. – Девицы, заткнитесь, не доводите до греха.

— Эй, я не понял, а о чем говорили-то? – догнал нас на крыльце удивленный Юрка. – Это что, новая фишка такая?

— Ой, не могу! – наш Сашка сложился пополам и присел на травку. – Это же надо такое удумать! Стервоза рыжая!

— Работаем! – приказал доктор Витя. – Ирка на подхвате, Малыш, если что…

— По обстоятельствам, — закончила я его мысль.

— А я? – возмутилась Ирка. – Я чем хуже…

— Ириш, хватит капризничать! — прикрикнул на неё Юрка. – Распустилась девица.

Специфический запах, ударивший в нос, стоило только Вите распахнуть дверь палаты, не оставлял сомнений. Шутки остались за дверью.

— Раз, два,…пять, — констатировал доктор Витя, пересчитав лежащих. – Странно, я думал, больше будет.

— Ой, как хорошо, что вы так быстро приехали, — кинулась к нам молоденькая женщина в белом халате.

— Врач? – остановил её порыв Витя.

— Я медсестра, нам врач не положен, — смутилась она.

— Когда все началось? – поинтересовался Витя.

— Вот, Вадик и Юра, — девушка ткнула пальцем в двух мальчишек, лежащих на кроватях. – Они перед обедом пришли. Рвет их, да и плохо очень.

Мальчишки уже не пытались приподняться, а вычищали желудки, свесив головы с кроватей.

— Хреново, — буркнул Витя, приподняв голову одного из них. – Затяжелели.

— Сейчас подтянем, — согласилась я, раскладывая привезенный с собой пакет. – Зонды, — протянула я врачам резиновые шланги.

— Что с остальными? – интересовался Витя у девушки.

— А вот эти, — показала она на трех парнишек лет девяти. – Они даже поесть не успели, их в столовой затошнило, от запаха.

Они ещё сидели на топчане, но периодически то один, то другой со стонами склонялись над тазами, стоящими на полу.

— Что с ними случилось? Что ели или пили? – спросил мой доктор.

— Не знаю, они же молчат. Мало ли, что в рот тянут…

— Понятно, — Витя начал осматривать одного из парнишек, лежащих на кровати.

— А мне что делать-то? – спросила медсестра.

— Как что? – удивился мой доктор. – Ведра с водой, марганцовку развести, тазы вычистить, ковши для воды, — отдавал он команды.

Нет, мой доктор точно, дикарь. Разве можно так разговаривать с девушками? Она же растеряна, сейчас не соображает, а его односложные команды только добавляют сумбура в её голове.

Девушка, — позвала я. – У вас санитарки есть?

— Баба Валя, — кивнула она.

— Быстренько позовите её, пусть тазы чистые принесет, — показала я на тазы, стоящие на полу.

— Ага, — кинулась она к двери.

— Стоп, — остановила я её. – Воды принесите, разведите… а, ладно, это я сама. Воронки и ковшики для воды, мы промывать будем.

— Да, да, я сейчас! – и она выскочила за дверь.

— Интересно, я что, не то же самое ей сказал? – рыкнул Витя.

— Ну ты даешь, — усмехнулся Юрка. – Она же на тебя пялилась, а не слушала. – Ирка, где ты там? – прикрикнул он на подругу и начал осматривать группу, сидящую на топчане.

— Не ори, не дома. И дома не ори, – высказалась Ирка, плавно «подплывая» к своему врачу. – Ну, что тебе нужно, домогатель?

— Быстро измеряй давление, — Юрка сунул ей в руки тонометр, а сам присел, рассматривая что-то и пытаясь разговорить мальчишек.

Я развела марганцовку, чтобы почистить воду, которую принесут. Водопровода здесь нет, да и скважины тоже. Воду берут или из колодца, или прямо из реки, благо лагерь располагается прямо на берегу.

— Малыш, иди сюда, — доктор Витя указал на парнишку, лежащего на кровати. – Мне это не нравится.

— Зажрался ты, Витька, — не удержался от комментария Юрка. – Сам думай!

— Отстань, — отмахнулся Витя. – Смотри, — подвинулся он, давая возможность рассмотреть.

— Тут вен почти нет, — пожаловался Юрка.

— Подожди! – обернулся к нему Витя. – Что ты хочешь колоть? Разобраться же нужно.

— Глюкозу поставлю.

— Подожди, Юрка, не торопись, — снова попросил Витя. – Как давление?

— Уйди! – шепнул мальчишка, которого мы сейчас рассматривали. – Не трогай, — он попытался сжаться в комочек, но его снова вырвало.

— Странно, 130 на 80, — сообщила Ирка. – Непонятно, их рвет, должно же быть пониженное.

— Измеряй лучше, — посоветовал Юрка. – Не может такого быть, ты ошиблась.

— Кто? Я?! – возмутилась Ирка. – Дурак!

— Непонятно, — согласился Витя. – Странное такое пищевое отравление без пищи, — он заглянул в таз, в котором было много темно-коричневой слизи, но совсем не было признаков пищи.

— И у меня почти нет, — согласился Юрка, рассматривая тазы.

— Не убивай, — снова прошептал мальчишка.

За дверью загрохотала металлическая посуда, дверь распахнулась и в комнату вошла наша знакомая, таща сразу два ведра с водой. Следом показалась пожилая женщина. Она тащила ведро и кучу чистых тазиков.

— Отлично, — оживился доктор Витя. – Так, возьмите чистые банки и из каждого таза отлейте на анализы, — кивнул он на содержимое тазов, стоящих на полу.

— Что вы ели, — допытывался Юрка, но ответа на вопрос не получал.

— Вперед! – крикнул один из сидящих на топчане мальчишек. – Бей их!

— Ну, ни хрена себе, — удивился Юрка, скрутив дерущегося пацана. – Дерьма, пацан, обклевался?

Меня как током ударило от этого возгласа, а ещё удивило, что другие мальчишки никак не среагировали на этот крик. Даже голов не подняли.

— Брадикардия, холодный пот, одышка, точечные зрачки, судороги, рвота… — бормотал за спиной Витя, отмеряя длину зонда. – И никаких признаков пищи. Никаких. Что за черт?

— Волки! Вперед! – не унимался пацан.

— Стой! – тормознула я санитарку.

Я заметила какие-то куски, попавшие в банку. Быстро вытащила из ящика перчатку и полезла доставать их из банки.

— Малыш, ты чего? – обернулся Витя.

— Это не обед, не обед, — бормотала я, вылавливая кусок чего-то черного и осклизлого. – Это не еда, Витя! – сообщила я, разглядывая что-то обугленное.

— Фу, какая гадость, — фыркнула Ирка, её даже передернуло. – Выкинь ты это!

— Что там, Малыш?

— Это…, — я принюхалась к обугленному куску. — Знакомый запах, только бы вспомнить.

— Бр-р-р, меня сейчас вырвет, — отвернулась от меня Ирка. — Блин, как ты можешь?!

— Ну?! – торопил Витя.

— Это грибы! – поняла я. – Жареные на костре грибы!

— Вот черт! Не повезло, — выдохнул Витя.

— Чего? – переспросил, не расслышав Юрка. – Вы о чем? – он все ещё удерживал рвущегося парнишку.

— Упаковывай быстро в коробку, — скомандовала я санитарке и передала кусок гриба, который завернула в стянутую с руки перчатку. – Подпиши на банках фамилии.

— Юрка, у нас отравление грибами, отсюда и бред, — пояснил Витя. – Нужно срочно мыть.

— Волки! Вперед! – заорал пацан, которого удерживал Юрка.

— Что жрали?! – подскочила я к нему. – Какие грибы?!

Он был самым подвижным. Если от кого и добиваться ответа, то только от него, остальные были глубоко в себе.

— Юрка, иди сюда, — позвал Витя. – Эти тяжелые, их в первую очередь мыть нужно.

— У меня буйный, — пояснил Юрка.

— Иди сюда, — снова попросил Витя, уже усаживая парнишку на кровати. – Уйдут, — пригрозил он.

— Юр, оставь, я справлюсь, — попросила я, хватая парня за плечи. – В глаза мне смотри! – потребовала я.

Его глаза бегали, он никак не мог сфокусировать их.

— Какие грибы ели? Отвечай! – потребовала я, поймав его взгляд.

— Тебе не победить! – сообщил он мне. – Мы приготовились.

— Что ели, уродцы?! – не отставала я.

Сзади уже послышался плеск воды, врачи приступили к промыванию самых тяжелых. Ирка помогала там.

— Что стоишь? – спросила я медсестру. – Эти ещё могут сами пить, пои давай, насильно пои!

— Волшебные грибы, — вдруг ответил парнишка.

— Белые или красные?! – допытывалась я. – Какие? Белые или красные?!

*****
— Малыш, оставь его, не скажет, — сказал Витя. – Лучше начинай промывать.

В принципе, он был прав, но нужно было узнать, какими именно грибами они отравились. Если точно знать, то шансов у парнишек появится больше.

— Какие грибы? – спросила я, уже не надеясь на ответ, и с силой встряхнула мальчишку.

— Волшебные, — простонал он, и тут же окатил меня чуть не с головы до ног содержимым желудка.

— Тьфу, бли-ин, — отплевалась я и утерлась рукавом халата.

Вот тут я и заметила на халате что-то прилипшее. Начала рассматривать. Так, похоже, и это кусок гриба, явственно была видна пластинчатая структура. Вот только этот кусок был не обугленным, а белым. Отодрав находку, я увидела, что сохранился и фрагмент самой шляпки. И она была…

— Витька, мухоморы! Это мухоморы! – с радостью я смотрела на красный цвет шляпки.

— Отлично, — обрадовался Витя. – Малыш, срочно атропин по вене.

— Куб, два? – спросила я.

— Этим по два, а тем по кубику, — кивнул Витя, взглянув на мальчишек. – Лучше передоз. – Ирка, помоги ей.

— Не нужно, я сама, — отмахнулась я. – Марганцовку добавляйте и поите, — поторопила я медсестру с санитаркой.

— Танька, ты вся в этой… в блевоте, — сообщила мне Ирка, когда я склонилась над веной первого парнишки. Её даже передернуло.

— Потом отмоюсь, — поморщилась я.

— Как ты можешь?! Такая гадость, — сообщила она, заливая в воронки воду.

— Заткнись! – рыкнул на неё Витя.

— Ирка, ты не понимаешь, — радостно сообщила я. – Они ели мухоморы! Понимаешь, му-хо-мо-ры!

— Лучше бы пили французские духи, — поморщилась Ирка.

Ей не нравился запах от меня. Сзади парнишки дружно плескали в тазы. Запах стоял сногсшибательный.

— Если бы они наелись бледных поганок, шансов бы не было, — пояснил Юрка. – А мухоморы, да ещё жареные … Откачаем, — сказал он, продолжая работать.

— Ты иди и вскрывай ампулы с магнезией, — скомандовал Ирку Витя.

— Сколько? – переспросила она.

— Всё, что есть. Вон, видишь стакан? – мотнул он головой в сторону стола.

— Ну?

— Вот туда все и сливай, — пояснил Витя.

— Зачем? – удивилась Ирка.

— Надо! – рявкнул на неё Юрка. – Шевели задницей!

— Танька, зачем? – шепотом спросила она, когда я набирала антидот для третьего парня.

— Пер ос, — пояснила я. – Вот промоем и закачаем в желудок.

— Так они же обдрищутся в машине! – ужаснулась Ирка.

— Они выживут, а машины комендант отмоет, — шепнула я.

— Убью! – пообещал Ирке Юра. – Чистоплюйка?! Вали работать в поликлинику!

Доктор Витя ногой оттолкнул переполненный таз, а я подфутболила ему на замену пустой.

Я оглянулась. Зря Ирка нос от меня воротила. Мужики были уже не намного чище меня. Их джинсы, халаты почти по пояс и обувь покрывали плотные пятна брызг из тазов.

Да и она сама не была Белоснежкой. Ничего, к концу процедуры все будем в полном… Париже.

— Так, ну что? – хмыкнул Витя, прикрепляя зонд к щеке парнишки пластырем. – Чистенький. Ирка, вливай в него сто грамм, а потом пристраивай трисоль. Вливать струйно и по вене, и в зонд.

И он направился к сидящим на топчане парнишкам, прихватив со стола новый зонд.

— Ой, мама, что будет, — шепнула Ирка, вливая в зонд полстакана магнезии. – Они же… всё обосрут.

— Вить, я с этим сама разберусь, — сказала я, рассмотрев вены, на руке у парнишки. Точнее, полное их отсутствие.

— Вот-вот, возись, — сказала Ирка, передав мне со стола готовую капельницу. – Может, магнезией облюет.

— Мой тоже готов, — пояснил Юрка. – Повторить назначение.

Закрепив конец зонда на щеке у парнишки пластырем, Юрка направился к столу. И там закопался, выбирая зонд потоньше.

— Ещё воды принесите. Побыстрей! – сказал Витя, отодвигая ногой пустое ведро.

Я взяла со стола вторую, собранную Иркой, капельницу, и уселась на корточки. Как ни странно, у второго пацана вены были сказочно хорошими, возиться не пришлось.

Медсестра, подхватив два пустых ведра, бегом бросилась из помещения. Подозреваю, что подгонял её страх и желание вдохнуть свежего воздуха.

— И окна откройте, – попросил санитарку Юра. – Глаза щиплет.

Закончив с капельницами, я подошла к столу, вытащила упаковки с активированным углем. Освободив от бумаги десять таблеток, завернула в целлофан и ударом кулака раздробила их.

— Что за черт?! – испуганно обернулся Юрка. – Охренела, что ли, Рыжик?

— Спокойно, Малыш с углем разбирается, — пояснил Витя.

— Отчаюга, — хмыкнул Юрка, наблюдая за мной. – Она у тебя что, без назначений работает? – взглянул он на доктора Витю.

— Пф-ф! – фыркнул в ответ мой врач. – Сказал же, по обстоятельствам. Пусть головой думает!

— А Таньке всё можно, — хмыкнула подруга. – Любой каприз. — Родственничек, а если Луну захочет? — съязвила она.

— Не фантазируй, — попросила я, ещё раз грохнув по столу – вторая доза тоже была готова. – Зачем мне Луна, Оксаны хватает за глаза.

— Не спи, воду подавай! — напомнил Ирке Витя.

Растворив в мензурке уголь, я влила его в шланг, закрепленный на щеке парнишки. Теперь нужно было повторить эту процедуру и с другими. Со вторым парнишкой, которого промывал Юрка, было проще. Он и выглядел лучше, и глаза уже открыл, пытаясь понять, где он находится. Вот первый очень мне не нравился, объективно, а отрывать врачей не стоило.

Пришлось думать самостоятельно. Вспомнив, что говорится в учебнике по поводу отравления мухоморами, я набрала в шприц сульфокамфокаин и сделала укол пареньку.

— Вперед, волки! – тут же заорал парнишка, который до этого лежал пластом на кровати.

Я почти успела увернуться от брызг, вылетающих из зонда. Почти. Адская смесь магнезии и активированного угля.

— Берсерки хреновы, — проворчала я, вытирая лицо. – Грамотные, книжки читают…

— Валгалла ждет нас! – не унимался пацан и начал размахивать руками.

— Витька, дай реланиум! – потребовала я. – Передозняк!

Цвет моего халата уже было трудно определить, разве что, сзади.

Ирка спешила к распахнутым ящикам, торопясь набрать для меня лекарство, а я удерживала пытающегося вскочить пацана.

— Держи, — протянула она мне шприц.

— Держи, — кивнула я на парня, склоняясь к шлангу капельницы.

— Ой, не могу! – захохотал вдруг Юрка. – Весело живем, ребята!

— Ты чего? – удивился Витя.

— Нет, я всё понимаю. Всё правильно, — сквозь смех выталкивал слова Юрка. – Витька, ну ты задумайся, получается у нас снотворное со слабительным, как в анекдоте.

Парень успокаивался в процессе укола. Он уже обмяк в руках у Ирки, глаза его начали закрываться.

— Юр, а что делать? Парень конкретные глюки ловит, — пояснил Витя. Его эта ситуация не веселила.

— Ирка, сейчас рванет, — предупредила я, услышав характерное бурчание. – Отскакивай.

— Чего? – переспросила Ирка, заботливо укрывая парнишку одеялом.

Именно и спасло её. То, что она прикрыла его одеялом.

— Фу-у-у! – завопила она отскакивая.

Она выскочила за дверь. С улицы донесся звук прочищаемого желудка. Ирку выворачивало. Когда-то и я точно так же реагировала на запахи, но быстро привыкла.

— Вставай и быстро на горшок, — сказала я второму лежачему, вытаскивая ногой из-под кровати продукцию нашей оборонной промышленности.

— Зачем? – спросил он, ещё не совсем придя в себя.

— Тоже хочешь на кровати обделаться? – усмехнулась я.

— Противогаз! – потребовал Юрка. – Дышать невозможно!

До врачей дошел запах.

— Ой, — кажется, парнишка понял, что мое требование совпало с потребностями его организма.

Он быстро выбрался из кровати и уселся на горшок, нисколько не смущаясь нашим присутствием.

— Ирка! – позвал Витя. – Набирай магнезию для этих.

— Не буду, — буркнула Ирка, возвращаясь в помещение. – Они тоже обосрутся.

— Выполняй! – прикрикнул на неё Витя.

— Ира, нужно, — попытался смягчить ситуацию Юрка. – Их прочистить нужно, как можно быстрей. Потерпи.

— Танька, как ты можешь? – с ужасом спросила Ирка, наблюдая как я считаю пульс у спящего. – Как ты дышишь?

— Через раз, — призналась я. – Вить, здесь всё нормально, пульс почти в норме, наполнение хорошее. Зрачок в норме, — заглянула я под веко.

— Мой последнего, — сказал Витя, закрепив зонд. – Я сам за ними присмотрю.

Выбрав зонд потоньше, я отправилась к последнему страдальцу. Вода в тазу была почти чистая, не зря пацаны мучились, быстренько закончу процедуру.

— У вас такое часто бывает? – поинтересовалась Ирка, заливая магнезию.

— Бывает хуже, — пояснила я. – На авариях та-акое встречается.

— Я закончил, — сообщил Юрка, тоже закрепляя зонд. – Ириш, потом в этого магнезию. – Рыжик, не пачкайся, я сам разберусь – сказал он, отодвигая меня от парнишки.

Я с удивлением взглянула на Юрку. Он что, не видит, что грязью меня уже не испугать? Но спорить не стала, отправилась готовить уголь для этих прочищенных.

— Угу, — кивнула Ирка. – Юрочка, солнышко мое, давай больше не будем с этими гадами ездить? Ну, температурки, давление, ну переломы, а экстрима больше не нужно! – взмолилась она.

— Ага, солнышко, говоришь? Уже не дурак? – усмехнулся Юрка. – Ладно, там посмотрим. А вообще… хорошо поработали. Приятно.

Наконец и наша работа подошла к концу. Промытые и прокапанные мальчишки уже очнулись и начали связно отвечать на вопросы.

Пока доктора выясняли все детали войны берсерков с соседним племенем, я вышла на улицу, где курила Ирка.

— Танька, и как таких везти? – спросила Ирка, даже не поморщившись при моем приближении.

— Всё нормально, Ир, — успокоила я. — С горшков слезут и повезем.

Я вытащила все из карманов и передала Ирке в руки.

— Ты чего? – опешила она.

— Всё нормально, — успокоила я подругу и направилась в воду.

— Танька! Дура, вернись! – кричала Ирка, но я уже нырнула.

Интересно, она, в самом деле, думает, что мне нравится запах исходящий от меня? Или забыла, что через кожу тоже происходит всасывание? Не хватало ещё мне самой травануться продуктами разложения мухоморов.

Потому и торопилась я себя смыть всё. С себя и с халата.

Проплыв под водой десяток метров, я выбралась в зарослях ивняка, сняла и прополоскала халат, постаралась промыть голову.

— Танька! – заорала Ирка во все горло.

— Чего орешь? – спросила я.

— Ты чего кричишь? – выскочил из помещения Витя. – Что случилось?

— Танька нырнула и не выныривает, — пояснила Ирка. – Танька!

— Перестань орать, — снова попросила я чуть громче. – Здесь я, никуда не делась.

Ветки дерева раздвинулись, в импровизированный шатер заглянул доктор Витя.

— Ой! – я пыталась прикрыться халатом, который только что выжимала. – Вить, я…

— Отмылась? – спросил он и я кивнула. – Молодец. Давай помогу, — протянул он руку за халатом.

— Я лучше сама, — ответила я, представив, как буду стоять перед ним в одних трусах и босоножках.

— Не бойся, не трону я тебя, — пообещал он, все ещё стоя с протянутой рукой.

Пришлось отдать халат и прикрываться подручными средствами.

Выжав халат, он вернул его мне, дождался, пока я оденусь и помог выбраться.

— Два раза сегодня выпустил из рук, в третий даже не умоляй, — тихо предупредил он, пока я выбиралась на берег, держась за его руку, а он плечом подпирал ветки.

— Витя, ты о чем? – опешила я.

— Что, Малыш? А ты о чем? – удивленно спросил врач.

— Витька, у меня, похоже, слуховые глюки, — вздохнула я. – Ты присматривай за мной, чтоб не начудила.

— Ну-ка, покажи глазки, — потребовал доктор. – Сколько пальцев видишь? – показал он руку с поднятыми указательным и средним пальцем.

*****

— Два.

— Значит, это были не глюк

Опубликовать в Фейсбук  Опубликовать в Google plus  Опубликовать в Вконтакте  Добавить в Twitter  Поделиться в Одноклассниках 
Загрузка...

Добавить комментарий

logo
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля