Игра разведчика Кента

Игра разведчика Кента

Всё началось с «Интуриста»

Гуревич родился в 1913 году в Харькове в семье фармацевта. С 1923-го они проживали в Ленинграде. Мальчик был активистом, ворошиловским стрелком, отличником ГТО. Любовь и способности к иностранным языкам привели его в институт «Интуриста», готовивший кадры для работы с иностранцами.

Когда началась гражданская война в Испании, сотни молодых людей писали заявления в райкомы комсомола и лично Сталину с просьбой отправить их бить фашистов. Среди этих сотен заявлений было и подписанное: «А. Гуревич».

В апреле 1938 года на одной из испанских подводных лодок появился новый командир — советский офицер Иван Алексеевич Бурмистров, а при нем — адъютант-переводчик Антонио Гонсалес.

Вернулся Гуревич в СССР в сентябре 1939 года. Его сразу же вызвали в Москву и предложили стать профессиональным разведчиком: «Будете работать в качестве радиста и шифровальщика». Анатолий сказал: «Да».

Резидент советской разведки

В Бельгии Гуревич (агент Кент) стал связником резидента советской разведки. Сумел проникнуть в деловые и светские круги и стать своим, организовал фирму «Симекс». После оккупации Бельгии в 1940 году резидент, имевший документы еврея-канадца, был вынужден покинуть страну — в любой момент он мог быть арестован как еврей. Всю агентуру принял Гуревич. Вот так, неожиданно для себя самого, 26-летний Анатолий становится резидентом советской разведки в Бельгии.

По легенде, Гуревич стал уругвайским коммерсантом Винсенте Сьеррой. Он завязал деловые связи с представителями вермахта. Немецкие интенданты стали главными клиентами фирмы оборотистого уругвайца и источником самых секретных сведений для советского разведчика. Ассортимент, объемы и сроки поставок умному человеку расскажут очень многое. А если еще заказчик не держит язык за зубами…

Вот Сьерра получает заказ достать большую партию специальных тканей. Несколько заданных как бы между делом вопросов — и ночью в Москву уходит радиограмма: гитлеровцы планируют отправку экспедиционного корпуса в Африку.

Однажды в декабре 1940 года интенданты заказали полтора миллиона алюминиевых ложек. На удивленное «Зачем?» пояснили: «Для будущих русских пленных». Ночью в Москву уходит срочная шифровка: «Война на пороге».

Пользуясь своими связями в интендантстве, Кент выхлопотал себе пропуск свободного перемещения по оккупированным территориям даже в комендантский час, чем беззастенчиво пользовался. На него замыкались разведгруппы, работающие не только в Бельгии, но и во Франции, и в Германии.

«Красная капелла»

В конце июня 1941 года Гитлер устроил разнос руководителям службы безопасности. После нападения на СССР станциями слежения были запеленгованы десятки ранее не выходивших в эфир радиопередатчиков в Бельгии, Голландии, Югославии и даже в Берлине. Гитлер потребовал привлечь лучших специалистов и очистить Германию от «агентов Кремля».

В структуре гестапо появилась «Красная капелла». Потом это название перейдет на раскрытую разведывательную сеть, а в 1941 году «Красная капелла» — зондеркоманда, возглавляемая оберштурмбаннфюрером СС Карлом Гирингом. В «капелле» действительно лучшие специалисты. Передвижные пеленгаторные станции разъезжают по улицам городов.

Начались провалы. Радистов арестовывали прямо во время сеансов связи. Некоторые успевали покончить с собой. Кому-то не повезло, и они были взяты живыми.

Гуревича взяли 9 ноября 1942 года в Марселе. На первом же допросе появился военный в чине группенфюрера СС. Глава гестапо и агент Кент взглянули друг на друга.

Первоначально Гуревич придерживался версии, что несчастный Винсенте Сьерра запутался и сам не знал, на кого работал. Но однажды следователь, ухмыляясь, положил перед ним текст радиограммы: Кента поздравляют с 23 февраля и с присвоением ему звания капитана. Но самый страшный удар был впереди.

Следователь сообщил, что в Центр уже уходят радиограммы от его имени. Шок. Какую информацию передает гестапо в Москву от его имени? На очередное предложение о сотрудничестве Кент ответил согласием.

Игра в кошки-мышки

Сказать да — это не всегда предать. Началась игра Гуревича в кошки-мышки с гестапо. Что можно говорить, а что нельзя? Что гестапо уже известно, а что нет? Кто уже взят и раскрыт, а кто еще на свободе? И главное, как сообщить Центру, что Кент провален?

Из кино нам известно, что для каждого разведчика предусматривается секретный знак в радиограмме, обозначающий, что он работает под контролем. У Гуревича такого знака не было. Кураторы считали, что Кент никогда не провалится? А если провалится, то не дастся живым в плен? А если дастся, не согласится сотрудничать?

Гуревич попросил добавить к очередной радиограмме несколько строк: передать поздравление Сталину в связи с 25-летием Красной армии и поблагодарить за капитана. Не оказалось рядом с гестаповцами никого, кто мог бы разъяснить, что в СССР не принято поздравлять лично Сталина с праздником и говорить спасибо за присвоение воинского звания. В Центре сидели не дураки и все поняли.

Радиограммы летели в Москву. В ответ из Центра приходили задания одно мудренее другого. Гестаповцы хватались за голову, но, чтобы игра продолжалась, вынуждены были передавать в Москву правдивые сведения о дислокациях немецких войск на отдельных участках фронта, их численности и прочие данные вперемешку с фальшивыми самородками информации.

Сюжет из кино

В 1943 году Гиринга на посту начальника зондеркоманды сменил гауптштурмфюрер Хайнц Паннвиц, бывший глава СД в Чехословакии.

Гуревич скоро понял, что Паннвиц умен и, в отличие от других, сознает, что Германия войну уже проиграла. Так появились предпосылки для уникальной в истории разведки вербовки узником своего тюремщика. Кроме Паннвица согласие работать на советскую разведку дали секретарша Паннвица Кемпа и радист Стлука. Находясь в тюрьме, Гуревич создал новую разведывательную сеть!

В конце 1944 года, когда Западный фронт уже валился, перед Паннвицем встал вопрос: «Кому сдаваться?» Хайнц, как оказалось, уже наладил контакт с американской разведкой и получил предложение о будущем сотрудничестве. Он рассказал об этом Кенту и предложил уйти к американцам вдвоем.

Гуревич пустил в ход все свое красноречие и убедил Паннвица, что лучшим для него вариантом будет сдаться Красной армии. Паннвиц потребовал гарантий своей будущей неприкосновенности, и они Гуревичем от имени Москвы были ему даны. Впоследствии гестаповец не раз пожалел, что поддался уговорам советского разведчика. Но кто может заглянуть в будущее?

Почётная награда

В первых числах июня Гуревич и три завербованных им сотрудника гестапо во главе с начальником «Красной капеллы» прибыли самолетом в Москву. На аэродроме их сразу разделили, Гуревича посадили в машину, привезли на Лубянку и подвели к двери, на которой висела табличка: «Прием арестованных».

Если в Германии на первом допросе Гуревича присутствовал Мюллер, то в родном СССР первый допрос проходил в присутствии начальника ГУКР «Смерш» Абакумова.

16 месяцев следствия — и решение Особого совещания при Министерстве госбезопасности: 20 лет исправительно-трудовых лагерей. Так разведчик стал предателем Родины. В 1955 году Гуревич был амнистирован. Выйдя на свободу, он сразу начал борьбу за восстановление своего честного имени: писал Хрущеву, Председателю КГБ Серову, Генеральному прокурору СССР Руденко. Письма не остались незамеченными. В 1958 году он был арестован повторно. Освобожден в июне 1960 года, реабилитирован в 1991-м.

Ответы на неудобные вопросы

Два с половиной года Гуревич находился под контролем гестапо! Чем руководствовалась Генеральная прокуратура, вынося заключение о реабилитации? Неужели он никого не предал, не сдал ни одной явки, не назвал ни одного адреса?

Решение принималось на основе изучения документов из архивов гестапо! Именно тщательный разбор протоколов допросов Гуревича и дал основания не считать его предателем. Из заключения по делу о реабилитации: «На допросах Гуревич давал ложные показания, если когда и в чем признавался — только после изобличения его документами и показаниями других арестованных. Из 15 известных ему имен агентов не назвал ни одного, все они остались живы».

После реабилитации Анатолий Гуревич получил статус участника ВОВ и свой первый и единственный орден — Отечественной войны II степени.

В ночь на 3 января 2009 года в Санкт-Петербурге после продолжительной болезни Анатолий Гуревич скончался. Ему было 95 лет. Похоронен на Богословском кладбище.

Клим Подкова

Опубликовать в Фейсбук  Опубликовать в Google plus  Опубликовать в Вконтакте  Добавить в Twitter  Поделиться в Одноклассниках 
Загрузка...

Добавить комментарий

logo
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Генерация пароля