Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Если бы города могли болеть и выздоравливать, поселку Солнечный поставили бы загадочный и жуткий диагноз «синдром внезапной смерти». Он незаметно прожил всего несколько лет, пока чернобыльская катастрофа не опустошила новые дома и не разнесла так и не успевших обжиться людей по свету. Элитное по тем временам местечко много раз хотели воскресить, но жизнь сюда так и не вернулась. Многоквартирные дома, торгово-развлекательный комплекс, построенный в современном формате, школа и детсад теперь абсолютно пусты и отданы на растерзание природе. Как сегодня выглядит одно из самых печальных мест в стране — смотрите в репортаже.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Слева от дороги с неповторимым узором из дыр ведет страну к светлому будущему местный комбайнер. Если не смотреть направо, обычный белорусский пейзаж с налетом осенней тоски и привкусом абсолютной невозмутимости.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

По-настоящему зловещая пустота прячется метрах в трехстах от аномально серых полей, за взрослыми и самодостаточными деревцами, сквозь которые выглядывают заскучавшие по человеку дома.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

В 1970-х в Брагинском районе Гомельской области решили построить крупный животноводческий комплекс, а для его сотрудников соорудить то ли район, то ли целый городской поселок с четырехэтажными домами и всей необходимой инфраструктурой.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Сейчас это место принято называть поселком Солнечный (вероятно, в честь одноименного урочища, которое находится рядом), хотя старожилы из соседних деревень такого названия не припоминают. Говорят, все считали это частью деревни Пирки. Да и по документам, скорее всего, было так (оформить ничего толком не успели: слишком быстро сгорела эта звезда).

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Поселок сильно отличается от других отселенных белорусских деревень. Здесь нет накренившихся от скуки деревянных хат, нет дыр от украденных колодцев, нет гниющих вовсю мопедов и сложенных под навесами дров на зиму, наступать которой однажды стало не для кого. С виду — настоящий город, только небольшой. И мертвый.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Двухэтажные домики и четырехэтажные небоскребы (по местным меркам) соединены асфальтированными дорогами. Убрать кусты из трещин — будут не хуже брагинских, пинских или ганцевичских.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Жилые дома тоже сохранились довольно неплохо, учитывая, что уже 31 год им незачем прихорашиваться. Застраивали поселок быстро, не жалея ресурсов. Жаль, что зря.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Животноводческий комплекс на 3 тыс. голов было решено строить после объявления всесоюзной ударной комсомольской стройки в Гомельской области. Газета «Советская Белоруссия» в материале 17-летней давности писала, что в свое время на строительство городка было направлено 26 млн советских рублей. Столько теперь и айтишнику не заработать.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Первые люди приехали сюда в конце 1970-х, основная масса — еще позже. В новостройки заселилось много молодежи с семьями: власти изначально задумывали новый объект как удобный уголок для молодых специалистов. К тому же свежепостроенный комплекс считался довольно современным и имел областное значение — почти как Кремниевая долина, только в сельхозсфере и на краю Брагинского района.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Директор Полесского заповедника Петр Михайлович Кудан наблюдал за развитием событий своими глазами. Во время строительства комплекса он жил в соседней деревне, а буквально за две недели до трагедии молодого специалиста назначили председателем колхоза и перевели в Пирки, где и расположен несчастный поселок Солнечный.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

— В 1980 году, еще будучи студентом, я приехал в соседнее от деревни Пирки хозяйство. Тогда в Солнечном уже возвели ряд жилых домов, открыли сельсовет, школу и детсад, начали строить культурный центр, благоустраивать дворы и делать зоны отдыха.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Поскольку комплекс был крупный, серьезный, сюда приезжали люди из всех уголков страны. Ехало много молодых семей, но были и опытные работники, руководители. Всех их селили в новые квартиры, они потихоньку обживались, а параллельно облагораживался и поселок.
Перед аварией в Пирках и Солнечном проживало примерно 1300 человек, а может, и больше, — вспоминает Петр Михайлович.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Буквально через несколько лет после оживления поселка со стороны Припяти стали доноситься тревожные новости о какой-то аварии на станции. К тому времени название местечка еще даже не успели обозначить на картах. Оформиться официально ему так и не посчастливилось.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Петр Михайлович в этот период уже занимал руководящую должность и узнавал о таких вестях чуть раньше остальных.
— В ночь с 4 на 5 мая нам объявили о массовом переселении. Это было накануне Пасхи, и люди готовились отмечать праздник, но воскресным утром тысячи автобусов уже везли их на более чистые территории.
Тогда нам говорили, что переселение временное и уже через месяц мы сможем вернуться домой. Конечно, многие чувствовали, что этого уже никогда не произойдет, и только плакали. Куда поехали жители Солнечного, я уже и не вспомню.
Кто-то потом пытался вернуться, но получилось только у одной бабушки, которая прожила здесь совсем одна вплоть до середины девяностых, пока властями не было принято окончательное решение о ее выселении: слишком большому риску она подвергалась. Больше здесь людей не было, — вспоминает сотрудник заповедника.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Сегодня территория Солнечного выглядит куда более стерильно, чем у его «соседей» из зоны отчуждения. В квартирах практически не осталось личных вещей, улицы пусты, и только редкие предметы быта рассказывают о бегстве отсюда. Петр Михайлович уверен, что людям с этих земель разрешали забирать с собой вещи, поскольку места были заражены не так сильно. По другой версии, все более или менее ценное со временем просто растащили жители соседних сел.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Культурный центр достроить так и не успели. Теперь на первом этаже доказывает ровность рук и твердость намерений советских строителей так и не осыпавшийся кафель в универмаге, а за стеной молчит недоделанная оркестровая яма в концертном зале. Больше там никто не выступит, что не всегда плохо: вдруг у Виктора Калины снова наметится турне по Беларуси.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Жизни и смерти несчастного края некогда местный житель Аким Старохатный посвятил целую книгу. Решился на это он только спустя много лет после аварии — уже на пенсии. Родом он был из деревни Вельямово, что в 10 километрах от поселка Пирки, о котором он тоже не раз упоминал в мемуарах.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

— Приказали нам ожидать автобус, а из вещей взять только постель, пищу на три дня и свои документы.
День кончался, стало темнеть, только тогда пришел в нашу деревню автобус. Все мы, оставшиеся жители, и уместились. Многие уже уехали к своим знакомым в другие места.
При свете автомобильных фар мы навсегда покидали свою деревню. Завезли нас километров за 50 за Брагин, в деревню Микуличи. Ночью водили по хатам, на постой к местным жителям, заранее с ними договорившись. Мы попали к хозяину с женой и их дочерью-школьницей.
Началась для нас новая жизнь, эвакуационная, — вспоминал Аким Старохатный.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Писал мужчина и о сомнениях местных в надобности переезда, и о недоверии селян, которых просили сдать скот, и о плачущей матери, не верящей в существовании радиации.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Деревня Пирки, дезактивация домов
— Волков Павел (Грицков), из нашей деревни, отказался от выселения. За ним приезжали энгебисты, уговаривали, угрожали разными репрессиями, но он так и не уехал со своего двора, погиб потом от пожара, — рассказывал автор.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

После эвакуации мужчина жил в Гродненской области, но каждый год на Радуницу приезжал на родину. Увиденные пейзажи трогали скучающего по родным деревням белоруса и наводили на мысли о том, что больше они никогда не оживут:
— От железнодорожного переезда деревни Колыбань по песчаным дюнам тянулась полоса хвойных лесов нестроевого леса километров на 10 до деревни Пирки. После Чернобыля эта полоса до деревни Пристанское выгорела, и дюны песчаные оголились, показывая людям страшное зрелище обгоревших на корню деревьев.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Деревня Пирки пострадала меньше других, и еще в девяностых ходило много разговоров о возрождении некоторых поселков, включая Солнечный. Такие разговоры возникали неоднократно, но со временем поселок превратился в хорошую площадку для очередного блокбастера.
Правда, из-за близости к цивилизации многие вещи потеряли свой постапокалиптический колорит: в здешней школе не сохранилось записок, учебников и фотографий, как в Погонном, в квартирах почти нет брошенных игрушек — символов детей перестройки. Только в детском саду можно найти пару занятных артефактов вроде куклы, перешедшей на сторону зла…

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

…да котенка по имени Гав.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Так же, как и во всей зоне, здания потихоньку сдают позиции под напором армии растительного мира. Хилые деревца растут в самых неожиданных местах, а девичий виноград делает серый бетон все контрастнее.

Это не Припять, а белорусский поселок Солнечный

Вряд ли это место еще можно оживить, да и пробовать, вероятно, никто не станет. Так что Солнечный, похоже, так и застынет нетронутым, пока природа окончательно не заберет его себе.

Источник

Опубликовать в Фейсбук  Опубликовать в Google plus  Опубликовать в Вконтакте  Добавить в Twitter  Поделиться в Одноклассниках 
Загрузка...

Добавить комментарий

logo
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Генерация пароля