«Разбить Aston Martin? Это грустно, но такая работа»

При определенном стечении обстоятельств он вполне мог стать тем, кем сейчас является Даниил Квят, но предпочел разбивать чудовищно дорогие автомобили о стены, ставить рекорды по числу переворотов внедорожника в воздухе и ронять грузовики с причала в воду. Его зовут Мартин Иванов и он, пожалуй, самый успешный русский каскадер современности. Во-первых, потому что он до сих пор жив, а во-вторых, редкий голливудский блокбастер обходится без него. В преддверии выхода нового фильма о Джеймсе Бонде «007: Спектр», где он продолжил измываться над всем лучшим, что придумал автопром, мы ненадолго похитили Мартина и сосчитали с ним не пережившие съемок Aston Martin.

– Вы с детства мечтали стать каскадером или это было желание вашего отца, тоже успешного каскадера?

– В детстве, еще в школе, я мечтал стать каскадером, но потом начал заниматься автоспортом. Гонял на ралли, кольцевые гонки, зимний ипподром. Делал это достаточно успешно. Но в 2000 году мой отец написал сценарий (он, как режиссер, снимал фильм «Белое золото» и пригласил меня поработать. Так началась моя карьера. Через два года после этого в Москве снимали «Превосходство Борна», меня позвали туда. Это была всего вторая моя работа в кино, но получилось, что я попал в Голливуд. После этого уже окончательно понял, что буду заниматься именно этим.

– Вы трижды чемпион Литвы в трех различных дисциплинах гонок. Не было никогда желания вернуться в автоспорт? Что вообще интересней: делать трюки на машинах или участвовать в гонках?

– Честно говоря, я всегда мечтал вернуться в серьезный автоспорт. К сожалению, у нас это только траты: ты практически ничего не зарабатываешь. В кино же тебе платят серьезные деньги. Плюс в моем деле интересно то, что я часто путешествую, вижу новые страны, в которые вряд ли поехал бы когда-нибудь сам. В автоспорте это возможно только на мировом уровне, которого я на момент своих выступлений не достиг. Да и вообще, у нас такой популярностью автоспорт не пользуется, так что выйти на международный уровень очень сложно. Кривые спонсорские схемы, вот это все.

– Скажем, если бы сейчас нашелся спонсор, который сказал бы, что полностью повторит вашу зарплату в Голливуде, но вам надо уйти в гонки.

– Я бы согласился точно. Кино – это чуть нудное занятие. Готовишься-готовишься, а потом можешь весь день просидеть и ничего не сделать. Или проехал и ждешь следующей работы несколько часов. А на ралли все интереснее, быстрее, борьба с другими людьми.

– То есть в кино вам не хватает соревновательного момента?

– Да. Но все-таки больше всего не нравится то, что там все сильно растянуто по времени.

– Но вы несколько раз номинировались и выигрывали премию «Таурус» – аналог Оскара для каскадеров. Разве это не соперничество?

– Это другое. Здесь просто каскадеры каждый год голосуют и тот, кто набрал больше голосов, побеждает. Это не соревнование. Вот, например, в один год я номинировался за работу в «Кванте милосердия», но в том же году вышел «Темный рыцарь» с Хитом Леджером. И в моей категории выиграла погоня из этого фильма. Хотя там особой погони и особых трюков даже не было. Просто все номинации в том году собрал Бэтмен. Хотя реально все трюки с технической части там проигрывали тому же «Кванту милосердия». Я сейчас не только про автомобили, но про трюки в целом.

– Как-то жизнь поменялась после того, как вы получили «Таурус»?

– Ну, на улицах, конечно, меня не узнают. Но обо мне узнали люди, которые работают в кино. Случаются и забавные случаи: встречаешь режиссера или продюсера, он начинает рассказывать, что снимает фильм, хочет погоню, «как в Борне», но денег нет, и есть только старая «Волга».

– Насколько прибыльна работа каскадера?

– Каскадеры по-разному зарабатывают. Допустим, в Америке ты имеешь не только контракт на съемки, но еще и процент от проката на DVD и платных каналах. То есть еще несколько лет после того, как отработал на фильме, тебе приходят чеки. У англичан платят сразу, потом тоже какие-то проценты приходят, но копейки.

– Скажем, какую машину вы можете себе позволить?

– Сейчас у меня BMW 1-Series M. Купил себе. До этого у меня был Evolution X, где-то пару месяцев назад поменял его на BMW. Не могу сказать, что она меня полностью устраивает.

– Почему?

– Странные настройки подвески. На мелких неровностях она прыгает, на больших – не держит.

– Какие вообще навыки каскадера могут пригодиться в Москве?

– Да нет, никакие. Ну, можно ускориться, конечно, если нет других машин. Но вообще в Москве тяжело с движением, стараюсь больше ездить вечером.

– По разным данным, вы разбили на «Кванте милосердия» пять или семь Aston Martin. Сколько на самом деле?

– Семь их было всего. Восьмую утопил механик по дороге на пресс-конференцию. Но они не все были разбиты. Они бились, их восстанавливали. За пять минут буквально могут поменять все прямо на съемочной площадке. Там рядом два грузовика запчастей всегда. Но они бились-то по сценарию, это не мы их случайно били. Была единственная ситуация, когда во время погони в карьере прямо передо мной должен был падать со скалы Land Rover Defender, я должен был объехать его на скорости. Но падал он непредсказуемо и в итоге свалился так, что мне нужно было объезжать его по самому краю дороги, места для машины почти не было. Там еще стояла камера, защищенная мраморным блоком. Я задел блок задним колесом, и он срезал заднее колесо вместе с подвеской.

– Как вообще чувствует себя человек, который разбил Aston Martin?

– Грустно, конечно, но работа такая.

– Насколько я знаю, эту погоню в «Кванте милосердия» снимали несколько месяцев, и изначально она должна была в фильме занимать больше времени. Обидно, когда вкладываешь столько сил, а потом сильно срезают всю эту красоту?

– Это обидно, конечно, но так на каждом проекте подрезают. Я привык уже. Просто на «Кванте» это было особенно заметно. Там было много проблем, аварии, например, незапланированные. Плюс, говорят, что основной режиссер (у каскадерской группы режиссер отдельный) посчитал, что не вписывается эта погоня в его картину, что ее надо сокращать. Но, если фильм посмотреть, то эта погоня – лучшее, что было в этом фильме. Я такие слова очень от многих слышал. Сам фильм, сам сценарий, честно говоря, слабые.

– Какая работа была самой тяжелой за все время?

– Трудно сразу сказать. «Квант милосердия» – тяжелый проект совершенно точно. Вот этот карьер без всяких ограждения – опасно было. Сейчас было сложно на «Спектре». Мы месяц снимали ночную погоню в Риме. Это, конечно, для всех тяжело – ночью снимать, но для меня особенно. Месяц ты вообще солнца не видишь, все на нервах, не выспались.

– Чего нам ожидать от «007:Спектр»? Сколько там будет разбито Aston Martin?

– В «Спектре» они особенно не бьются. Там погоня больше красоты Рима показывает. Я в этот раз дублировал плохого персонажа – его играет американский рестлер. Он настоящий здоровяк, поэтому мне сделали костюм, изображающий мышцы. Очень реалистичный: все вены прорисованы, например. Хоть на пляж его надевай. Только в нем было очень жарко ездить. Кстати, обе машины, которые в этой погоне участвуют – Jaguar, на котором я еду, и Aston Martin – это прототипы. Эти машины не будут выпущены в жизни, так что к ним стоит присмотреться на экране. Jaguar выпустить собирался, его в 2012 г. показывали на какой-то выставке, но из-за кризиса поменялись планы.

– Кто-нибудь из актеров на вашей памяти пытался выполнять трюки самостоятельно?

– Честно говоря, мы с актерами не так часто пересекаемся. Съемки же идут сразу в нескольких странах, поэтому с актерами мы проводим, может быть, несколько дней всего. И это чаще всего бывают съемки в павильоне. На моей памяти, Том Круз пытался все трюки сам делать. В последнем фильме он даже за рулем сам уже ездил.

– Такого, что актер уверен, что у него все получится, а в итоге – провал, не было?

– Была история одна с Джейсоном Стэтхемом на «Неудержимых-3». Мы уже отсняли всю погоню, меня позвали сделать финальный проезд с актерами. Мы должны были на грузовике Mercedes-Benz повернуть на причал и остановиться метрах в десяти от его края. Мы отрепетировали, я дублировал Стэтхема как раз. Он посмотрел, спросил у режиссера-постановщика разрешения самому сделать этот трюк. Все согласились, я сел с ним рядом в кабину, чтобы объяснить ему, где первая, где вторая, где ручник. Мы поехали, повернули, но он все делал очень резко. В какой-то момент уже было пора останавливаться, он нажал на тормоза, но на грузовике-то они не такие отзывчивые, как на легковушке. Он испугался, что не так быстро, как ожидал, останавливается, начал бить по тормозам активно, но это не помогло. Мы сбили электрощиток, который там стоял, столкнули в воду камеру вместе с тележкой и операторами, и сами упали с причала в воду. Пока падали, у меня проскочила мысль, что спокойно выплыву сейчас, но все оказалось не так просто. У грузовика были расстреляны стекла, он моментально заполнился водой, я успел буквально полглотка воздуха сделать. Вода затолкала меня вглубь кабины, а плыть и вообще что-то делать под водой в куртке и тяжелых военных сапогах довольно проблематично. Я, перебирая руками по потолку, нашел дверь и на последнем воздухе уже всплыл.

– А Стэтхем?

– Ну, за ним сразу прыгнули болгарские каскадеры, плюс ему было проще. Он держался за руль и ориентировался, где находится. Я же как в аквариуме был. В общем, Стэтхем меня чуть не убил. Когда это произошло, там стояли на причале все актеры: Сталлоне, Лундгрен, Снайпс. Сталлоне начал на айфон снимать все это сразу. Но, вообще, хорошо, что это все на репетиции случилось. Если бы все прошло нормально, и это произошло на съемке, то на этом грузовике уже все «неудержимые» едут. И они бы все были привязаны к нему страховочными тросами, достать их было бы нереально. В общем, мир мог потерять сразу нескольких хороших актеров, а продакшн «Неудержимых» закончился бы в тот же день.

– Насколько вообще опасна профессия каскадера?

– Очень серьезные вещи случаются редко. На «Кванте» у нас не сработал механизм спецэффектов: одна машина отлетела в другую. Каскадера, который сидел за рулем одного из автомобилей, пришлось на вертолете отправлять в госпиталь. Он пролежал некоторое время в коме, но сейчас уже оправился, все с ним в порядке. И на «Спектре» во время съемок в Австрии был инцидент, но не такой серьезный. На самом деле, сейчас очень много всякого оборудования, которое делает нашу профессию безопаснее. Машину пичкают всякими элементами безопасности, которые потом на компьютере зарисовывают.

– А с развитием компьютерных технологий каскадерам стало легче?

– С одной стороны, да. С другой – некоторые трюки начали рисовать на компьютере, что отнимает у нас работу. Я, например, работал на вторых «Мстителях». Так там тебя просто просят подъехать к определенному месту и говорят, что потом дорисуют, что машина летит, переворачивается и так далее. Получается, что у тебя почти нет трюков: ты просто катаешься на машине. Зависит от режиссера: некоторые, наоборот, хотят все делать только вживую.

– Что дороже: нарисовать на компьютере или заплатить каскадеру за трюки?

– Каждый случай индивидуален. Есть, правда, такая вещь: продюсеры часто связаны с какими-то конторами, которые занимаются компьютерной графикой. И им, конечно, выгоднее отдавать заказы туда. Грубо говоря, платить знакомым уже людям.

– Вы работали на «Кванте милосердия», на «Спектре», можно ли сказать, что вы постоянный каскадер фильмов про Джеймся Бонда? Уверены ли, что будете работать на следующей картине?

– Постановщик трюков на этих фильмах пока один и тот же. Собирать команду – его задача. Соответственно, если ему нравится работать со мной, он зовет меня на съемки. Например, в сентябре я буду работать с ним на Тенерифе на съемках нового «Борна». А так, если вдруг его сменят, вполне возможно, что на следующем фильме франшизы не буду работать и я.

– Работа на фильмах про Джеймса Бонда – это вершина карьеры каскадера, или есть что-то еще более престижное?

– Да, наверное, «Бонд» и «Борн» – топовые фильмы для каскадеров. Еще, возможно, фильмы про Бэтмена. Даже не знаю, что может быть более интересно. Так что в плане карьеры я даже не знаю, о чем я могу мечтать. Например, все трюки, которые хотелось сделать, я уже делал.

– Какой автомобиль из тех, за руль которого приходилось садиться на съемках – самый необычный?

– Наверное, тот Jaguar, который был на «Спектре», о котором я говорил до этого. Это полностью гоночный автомобиль, сваренный из труб. Мотор стоит сзади, коробка передач – почти как на Формуле-1. Очень необычный автомобиль, очень мне запомнился. Еще понравился DBS, который был на «Кванте».

– Если это интервью прочитает какой-нибудь подросток и решит, что хочет быть каскадером, что посоветуете ему?

– Быть готовым ко всему, уметь все. Не только на машине ездить, но и выполнять другие трюки. Но вообще шансов пробиться у каскадеров не так много: работы на всех не хватает. По сути, это дело случая. Если бы, например, «Превосходство Борна» снимали не в Москве, вряд ли я попал бы в эту профессию и сейчас уже занимался бы чем-нибудь другим.

– И напоследок: ходит много слухов о том, кто будет новым Бондом. Можете приоткрыть завесу тайны?

– Я сам не знаю, но на съемочной площадке это, конечно, обсуждают. Многие ставят на Тома Харди. Говорят и об Идрисе Эльбе. По мне, так Харди отлично бы подошел для этой роли.

Опубликовать в Фейсбук  Опубликовать в Google plus  Опубликовать в Вконтакте  Добавить в Twitter  Поделиться в Одноклассниках 
Загрузка...

Добавить комментарий

logo
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Генерация пароля